Заказать рекламу

А как рождаются двойняшки? Не знаю…

Просыпаюсь от того, что происходит что-то странное. Резво спрыгиваю с кровати, вспоминаю, что беременна. Пока еще беременна, потому что из меня бесконтрольно льется какая-то жидкость.

В прочем, не какая-то, а та самая, о которой столько слышала и читала. Воды! С ударением на «о». Включается яркий свет, я стою на середине комнаты и кричу: «Саша, просыпайся, мне в роддом хочется!». И просыпаюсь сама…

Сознание по частичкам собирает картину происходящего: вокруг меня полутемная палата «Патологии беременности», в которую меня заточили две недели назад, рядом спит мой огромный живот, а в нем посапывают две новых жизни. Но самое главное, сегодня у моего любимого день рождения. Но он там, дома, один. А мы здесь и очень хотим к нему.

Завтра же поступлю как все «нормальные» беременные из «Патологии», а именно с невозмутимым лицом, в тапочках и халате пройду сквозь конвой врачей и уйду ночевать домой. Полная решимости, я заснула опять…

Врач, с которой я договаривалась о родах, была славной женщиной. Она спокойно слушала мой длинный монолог о том, что я хочу непременно рожать сама, что для меня важно приложить детей к груди сразу после рождения, и самое главное, нельзя ни при каких обстоятельствах моих малышек перепутать. Справа – Ульяна, слева – Арина. И ни как иначе. У врача был только один недостаток. Она считала, что моя беременность – это болезнь, которую надо лечить. Чем усердно и занималась. На 32 неделе она не отпустила меня с очередного осмотра, сказав, что сделает все, чтобы мои двойняшки «дотянули» до 40 недель. Так я в прекрасном месяце августе оказалась в четырех стенах под жутким названием ПАТОЛОГИЯ.

…Утро было солнечным, хотелось слегка подгоревшей шаурмы, и чтобы кто-нибудь пришел навестить. Вспомнила вчерашний сон, но тут же отогнала эту мысль. «Какая чушь, всего лишь 35 недель и впереди бесконечный месяц ожидания», - подумала я, пытаясь застегнуть молнию на халате. Молния сходилась с трудом. Позвонила мужу, обрадовав его новостью, что сегодня я ночую дома. Он заехал за мной после обеда, и я вырвалась на свободу. Наверно, многие осудят мой бездумный поступок, но беременность не наделяет ее обладательницу особым умом.

Дома мы пировали. После дня рождения осталось много вкусного. Я объелась так, что мне казалось, будто у меня появился второй живот, чуть выше первого. Смеясь, рассказала мужу вчерашний сон. Муж тревожно промолчал. А я пыталась сделать педикюр. Кто делал это в моем положении, поймет. На четвертом пальце первой ноги силы покинули меня, и мы легли спать.

Просыпаюсь от того, что происходит что-то странное. Резво спрыгиваю с кровати, вспоминаю, что беременна. Пока еще беременна, потому что из меня бесконтрольно льется какая-то жидкость. В прочем, не какая-то, а та самая, о которой столько слышала и читала. Воды! С ударением на «о». Включается яркий свет, я стою на середине комнаты и кричу: «Саша, просыпайся, мне в роддом хочется!» Все как во сне, только на самом деле.

Ощущение как перед экзаменом, к которому не готов. Хватаю полотенце, и мы вылетаем на улицу. Хотя «вылетаем» - сильно сказано. Меня так начало трясти, что вылетели только все необходимые знания о том, как дышать, как расслабляться и т.д. Не помню, как мы доехали с Северного до ЦГБ, казалось, прошло очень много времени. В голове прокручивался хитроумный план проникновения на территорию «Патологии». Благо, что за время моего отбывания здесь, у меня появились близкие знакомства с дежурными медсестричками, одна из которых и открыла нам дверь.

А врачу позвонить?! Дрожащими пальцами ищу в памяти телефона заветный номер. «Алло, я тут рожаю, кажется. Что? К дежурному врачу подойти? Чтобы проверил???»

Дежурная, сонно посмотрев на мои страдания, пригласила присесть. На смотровое кресло. Сразу проснувшись от увиденного, побежала звонить моему врачу. Врач появилась из ниоткуда, как будто поджидала за дверью. Отправила в палату собирать вещички. Я, наконец, посмотрела на часы. 00:40. Мои соседки уже спали, когда я прокралась в палату.

- Ты куда собираешься? – сонный голос с соседней кровати.

- Детей рожать.

- Так ведь поздно уже.

- Никогда не поздно…

На меня опустилось небывалое спокойствие. Я вживалась в происходящее, старалась чувствовать каждый момент. Боли не было, зато была уверенность в своих силах. Откуда что берется?!

Стойко выдержав все процедуры, подписав все бумаги и отдав все деньги, я налегке отправилась в предродовую. Ну чем не сервисные роды? Одна на всем этаже, не считая двух врачей и медсестры. И все это добро принадлежит мне и моим девочкам.

Схватки стали более настойчивыми и частыми. На часах, настырно висящих прямо передо мной, два часа. За окном зашелестел дождь. Сегодня яблочный спас. Как написано в священном писании: «…И смерти не будет уже…» Я знала, что там, под дождем меня ждет Саша. Теперь уже не только меня.

Волны нестерпимой боли накатывались одна за одной. Ну, где же врач??? На мой немой призыв появилась ОНА. Внимательно изучив мои внутренности, она улыбнулась и сказала: «К 8 утра родишь, как миленькая.» Я не знала, радоваться этому или огорчаться, но решила, что новость скорее хорошая, чем плохая. «Кто там?» - спросила я. «Странно, но Арина», - пробурчала врач. Но ведь должна была быть Ульяна!!!

Сейчас надо поработать. Хорошо ей говорить, а если сил уже мало осталось? Что там надо делать? Тужиться? Господи, как же это, чтоб не в голову? Одни вопросы. Ну сколько еще? Уже целых 40 минут на меня хором орут врач и акушерка. Давай, давай, работай! Выгони из себя эту боль! Куда, под дождь?

Босиком бегу в родзал, взбираюсь на кресло, полная решимости сейчас же родить. Еще 20 минут бесполезных потуг, и зовут на подмогу дежурного врача. Она смотрит серьезно и строго, потом машет головой. Я уже плохо соображаю, но чувствую, что-то не так. Вдалеке слышится страшная фраза: «Надо оперировать, плод под угрозой.»

Это кто еще плод? Моя Ариночка, что ли?

Врач, искусственно улыбаясь, машет передо мной какой-то бумажкой. Что? Надо подписать? Неужели я уже стала знаменитостью? Автограф просят. Ставлю невообразимую каракулю, юридически оформляя то, что теперь со мной можно делать все, что угодно. И затем несложная просьба моего врача: «Ты только НЕ ТУЖСЯ!!!, пока мы все подготовим для операции.»

После бесконечной половины часа подготовки, все вокруг закружилось, как кадры американского кино. Вот меня переваливают на каталку, на ходу пытаясь попасть в вену капельницей. Вот люди в белом везут меня по коридорам в ослепительную операционную, кладут на стол, привязывают руки и ноги. Мелькает мысль: «Будут резать без наркоза». Но тут появляется ОН. Серые глаза анестезиолога смотрят с сочувствием. Есть ли аллергия на лекарственные препараты? Не знаю… Что ела на ужин? О-о, до утра не перечислю.

На животе рисуют линию. На лицо накладывают маску. Вдох-выдох, вдох…

Несколько девушек в сногсшибательных ночнушках в цветочек появились в проеме век. «Вы кто?» - спросила я. «Ы-о?» - произнесло тело, лежащее на моей кровати. А-а, это я.

- Ну, наконец, она пришла в себя!

- Вот это ее колбасит. С наркозом перебрали, что ли?

Я закрыла глаза. В памяти восстанавливалась картина прошедшей ночи. Мои детки! Где они?! Я хотела встать, но тела как-будто не существовало. В дверях появилась бледная врач с кругами под глазами. «А ты молодец», - сказала она. – «2,000 и 2,300. Они за этой стеной».

Передо мной проплывали приятные мысли: вот я беру на руки моих красавиц, нас выписывают домой, а это – крещение, а вот мы идем в первый класс… Но это совсем другая история. А пока мы просто есть. Просто нас стало в два раза больше.

Наш участник
vik
г. Ростов-на-Дону

07.10.2014
321

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Смотрите еще